непостоянный дневник

Ловушка

Tue, 03 Nov 2009 15:30:06 GMT

Старый рассказ о том, как один человек понял смысл жизни.

Сначала вязкая тишина и полное бесчувствие подернулись легкой дымкой, как будто из ватной гущи тумана подул острый, колючий и холодный ветерок. В беззвучном мареве родился слабый отклик, едва различимый далекий возглас, неузнанный и тотчас же угасший.
Стрелки часов нехотя сдвинулись, возвращаясь из бездны ко времени, замершему от одиночества.
Словно шорох волны, отдаленной…
…но уже…
…неотвратимо накатывающейся –
– океанского вала, который не остановить.

Голову расколола дикая боль.
Забытье кончилось.

Он судорожно дернулся, как в той, последней агонии, вспоминая разом все и навсегда. Вихри по разрушающимся сосудам, гниль распадающихся тканей собственного тела – во рту, на теряющем чувствительность языке, боль по всему телу, скрежет иссохшихся костей. Старость, старость, тысячелетняя старость каждой клетки – он ощутил все воедино, все в один момент.
Словно протащили по точильному камню мерной древности, точащему шкуры человеческих судеб, безразлично вращающемуся где-то в центре существования, в ядре бытия.

Потом содрогания тела, привыкающего жить снова, стали реже, закончились, “все реакции протекли благополучно”, он даже глубиной уже-почти-сознания слышал, как утвердительно пищат осциллографы и всякие неизвестные его науке измерительные приборы, подмигивая зелеными глазками, привычными во все времена.
Боль растворилась в недрах молодого, самоуверенного и сильного мяса, стянутого ремнями мускулов, проткнутого стволами и ответвлениями костей, пронизанного бесконечными трубчатыми отростками, по которым текла жижа, переложенного всякими микро-образованиями, живущими по-своему, чмокающими, урчащими, нечеловечески вздыхающими.
Ему на отчетливо-острое, хоть и краткое мгновение стало до боли отвратительно и мерзостно, до колик в юной печени смешно, как вся эта аккуратно сцепленная телячья вырезка, свиная слоенка плотно пригнанная, глупая мешанина – может вмещать и выражать его бесконечное, единственноважное, духовное “я”.

Я.

Я.

0.

«Боги вселенские!, миры!, создатели!, мама-папа!, все мои женщины!, все то потаенное, что было во мне всегда и всегда – каково немыслимое ликование в одном этом слове!, в одной букве!, в звуке растянутом!, выражающим то, что важнее, важнее всего!!..

Я
снова
жив».

Это потекло по нему вместе с кровью, вместе с теплом и радостью, вместе с судорогой глубинной, неутолимой жалости и со слезами, впервые открывшими его новые глаза.
Он действительно снова жил. И в это так не верилось – после всего равнодушия, всей боли, которыми провожала его умирающего насмехающаяся судьба.
Бессилие и слабость, страх и трясущееся, бессвязно умоляющее страдание – вспомнились ему, но уже затуманено. Как переживший немыслимые унижения, колеблющие саму суть и смысл существования, ощущает странное отрешение от вечных ценностей – лишь бы прожить еще хоть минутку, еще хоть немножко поползать на отрубленных пальцах, перебирая другой рукой свои волочащиеся внутренности… он готов на все, ему наплевать на ценности, лишь бы полежать чуток да поперебирать их, родимые, чувствуя боль и боль – лишь бы побыть еще и еще. И возвращаясь после всех этих доказательств человеческой никчемности, после ощущения вселенского бессилия себя перед всего лишь отдельно взятой смертью, он ощущает затуманенное переживание произошедшего, но всем сердцем счастлив, что жизнь возвращается, что все позади.
Да, он вспомнил, как умирал, бессвязно умоляя, простирая холодеющие руки, изгибаясь, борясь – но все это было так далеко, в столетнем отдалении, как будто им были спокойно пережиты в темноте и молчании все часы и минуты из этой сотни лет… Мысль мелькнула и утонула в нарастающем сонме ощущений. Он одновременно слышал, чувствовал, ощущал, улавливал, почти уже видел и думал – он существовал.

3.

– Мистер Дьеган, вы меня слышите? – властный и твердый, сейчас этот голос слегка дрожал.
– Слышит, слышит, он вас слышит! – переливчато пищала девушка, едва не подпрыгивая от радости, лицо ее светилось, прыщики и крохотные родинки звенели в каком-нибудь неслышимом человеческим ухом диапазоне.
– Легкие отклонения функций кровообращения и кровоснабжения, давление низкое. Остальные данные в норме, вот, посмотрите, – этот голос был третий, тоже взволнованный, глуховатый.
– Сосуды слабые, – озадаченно сказал властный голос, – только и всего?
– Шшшшш….
– Он пытается говорить!
– Что он сказал?
– Тише вы! Тише!
– Шшшш… сссс….
– Тишина.
Звук длинного вдоха.
– Сссссука. Су… ка… Сука.
– Эээ… мистер Дьеган, что вы имеете ввиду?
– Что-то не в порядке?
– Не надо было пускать эту дуру с телевидения!.. Не надо было!..
– Да нет, вы же видите, он улыбается, он счастлив.
– Я сделал тебя, сука. Сделал тебя.

2.

Он никогда не любил жизнь, с самого детства.
В самом деле, за что любить это скопище отватительных случайностей, нагромождающихся одно на другое, управляющее всем и вся, а само при этом совершенно неуправляемое?
Сестра впервые назвала его проклятым манипулятором, когда ему исполнилось полтора года; впоследствии она говорила так со все возрастающей серьезностью; потом, лет через семь, вся в слезах от пламенной и искренней исповеди, признала, что все это время ошибалась, и обняла его. Лишь в тот момент она была не права, но с тех пор они жили душа в душу.
Родители любили его, потому что он все делал так, как нужно.
Он улыбался и почти не плакал, потому что окружающие не видели его, глядя на маски, которыми он прикрывался, и это давало ему возможность обдумать складывающееся положение.
К десяти или к одиннадцати годам он был твердо уверен, что Жизнь (и Судьба, ее второе имя) – это враг, с которым нужно бороться, ибо иначе ты навсегда (и весьма недолгое время, кстати), будешь Ее рабом.
Почему он так отчетливо, столь решительно и страстно Ее ненавидел?
Потому что Она не любила, не желала его – таким, как он есть. Она была и равнодушна, и враждебна – но больше всего его бесила та нерушимая насмешка, которой никогда ничего невозможно было противопоставить. То презрение, с которым Она смотрела на копошащихся внутри нее людей.
Он всегда дивился, как взрослые не видят те иной раз совсем неприкрытые ловушки, которые Жизнь расставляла тут и там, повсюду, с маниакальным упорством и изобретательностью тысячи лис, петляющих следами по снегам. Люди валились в эти ямы с кольями постоянно, вылазили из них то с воплями, то молча со злостью, то с дурацкими улыбками, а то и не вылазили вовсе – но продолжали идти, ни на что не обращая внимания.
Он так не мог, не умел – потому что остро чувствовал и видел каждое Ее движение.
И с детства он стремительнее всего учился одному – как распознавать эти ловушки и избегать их.
О, это была поразительная наука, захлестнувшая его с головой.
Был у нее только один недостаток. Поставив ловушку, Судьба не допускала ее простоя и неиспользования. Выскользнув из банановой шкурки на лестнице, ты обязательно шлепался, ободрав коленку, кварталом спустя. А перешагнув через одну и ту же ловушку дважды – и получал вдвойне. И это не зависело от ума и внимательности. Не зависело от стараний. Был лишь один способ. Бросать лежащие на дороге камни под ноги другим.
Когда он впервые пропустил соседа-мальчишку вперед, чтобы тот прошел по подозрительному люку – как замерло его сердце, через несколько дней убедившееся, что он уже не сломает ногу, не будет заливаться соплями и слезами, не станет кататься в инвалидной коляске, потому что кости неправильно срослись!
Он оказался сильнее, он узнал секретный метод, никому недоступный, вечную формулу, применяя которую, можно добиться всего, пройти по жизни, не споткнувшись ни разу!
…Жизнь, однако, все знала наперед, наверное, еще с пеленок, а может, и раньше. Она предугадала появление Того-кто-видел ее пакости и извращения, как он предугадывал ее силки, и пытки, и ловчие капканы. Предвидев это, она наградила его той первой банановой кожурой, избежав которую дважды, он через день упал, споткнувшись о ножку девочки, в глаза которой засмотрелся, и разбил нос, сломал хрящ.
А так как сосуды у него были от рождения слабые, да еще и низкое давление, с тех пор стала в трудные моменты, мгновения боли, страха и бессилия течь из разбитого носа кровь… Зная, что вскоре он обретет возможность избегать ловушек, она наградила его напоминанием о днях бессилия, когда он никем не мог себя защитить. Она пометила его.
Что ж, это была слишком малая отметка за ту бесценную возможность подталкивать в раскрытые ловушки других людей вместо себя. За спасенный кошелек в темном переулке (ну и что, что солдатика пырнули, а девушка, за которой он торопился, прошла мимо совсем в другую сторону), за полученное отличное место, куда перед этим приходил незадачливый знакомый, на фоне которого легко выглядеть хорошо – за сотни и тысячи жизненных ситуаций, в которых сущность и цепкое умение “прирожденного манипулятора” освобождали его от экзекуции Судьбы.

К двадцати годам он накопил наблюдений достаточно, чтобы понять, что все это не случайно.
Жизнь издевалась над людьми не из-за стремления посмеяться над ними и даже не из желания реализовать свое превосходство над человеком. У всего этого были более глубокие корни.
Она просто использовала моменты, людьми же создаваемые. Каждый с утра до вечера колеблет вокруг себя плоть мироздания, создавая ежедневно десятки трещин и выбоин для других. Судьба лишь углубляет выбоины, старательно их протаптывая, и следит за тем, чтобы в каждую из них кто-то попал.
Он долго думал, зачем ей это. Почему она не может не делать так.
После смерти сестры, сгоревшей заживо, он вдруг понял, что она попросту ненавидит людей. Что она их всех бы уничтожила, дай ей только шанс. Уничтожила мучительной смертью, виртуозно и изобретательно – а пока просто не могла.
И тогда, в этом кромешном ужасе и страхе, он понял, насколько хрупки те нити, которые удерживают человечество над пропастью. Насколько легко действительно каждый день может обрушиться на всех них ядерный ураган спонтанной третьей мировой. Ей дай только кроху, лишь малейшую тень сомнения в голове у кого-то из военных, из президентов – как тут же, сразу же струна натянется и…
Он жутко удивился – как же, как же тогда все эти тысячелетия человечество выдерживало внимательный, неугасающий натиск, как оно до сих пор не оступилось, балансируя на самом краю. Он даже едва не покрылся потом, получив первое реальное доказательство, и тут же срочно стал молиться, упав на колени, но на словах “Хлеб наш насущный…” поймал себя на мысли, что делает это просто так, на всякий случай – чтобы в случае реального существования Бога не попасть в грешники – и перестал.

С тех пор он уже не сомневался и не успокаивался. Если раньше, толкая кого-то в ловушку, подставленную ему, мелкую или серьезную, он мучался и переживал, теперь он даже не морщился, ибо ценность его существования превосходила стоимость жизней половины всех этих слепцов. И потому что теперь у него была цель – победить Жизнь, даровать себе (и людям, конечно) истинную свободу, которую по праву рождения они не видели с века обезьян, а если и дальше раскручивать – то во веки веков никогда.
И он дал себе Слово. Всем святым поклялся: что даже в самые трудные, безнадежные моменты из его помеченного носа не будет капать кровь. Он даже справился с собой один раз. Очень гордился этим, потому что на самом деле это было единственное его достижение за всю жизнь, с самого детства, когда он сам построил песочный дворец – тут же упавший от накатившейся волны.
На самом деле, он не был столь уж блестящим манипулятором, как ни старался. Некоторые, самые разные люди, раскалывали его маскировку, видели насквозь все его приемы, и не поддавались. Несколько раз он был бит, как кулаками, так и словами, и каждый раз ощущал это чертово бессилие, эту кровь из носа, текущую от волнения и безнадежности, которая постепенно срослась в его сознании с осознанием провала и невозможностью – ничего поделать, ничего изменить. Да, у него тоже бывали такие провалы, такие ямы, такие тупики.
Жизнь всякий раз дико смеялась, когда он падал в ловушку несмотря на все ухищрения, даже в мелочах.
Особенно мерзко она хихикала в далеком будущем, когда ему было семьдесят два и когда он, лежа на постели, умирал, и на него с ножом надвигался пьяный подросток – он, правда, не знал о причине этого смеха, но твердо уверен был, что в семьдесят два умрет.

Годам к двадцати восьми он был уже блестящим администратором на хорошем посту, с хорошей зарплатой и растущим влиянием на окружающий мир. Распоряжаться ресурсами, особенно людьми, было для него привычкой с того самого бетонного люка. Видя все ловушки, он менял людей местами, направляя одних собирать все мины и шишки, затем пуская отработанный материал в расход, а других, более выгодных, оберегая – и администрирование человеческим ресурсом шло у него просто потрясающее – впоследствии он снискал несколько крупных премий и получил международное признание.

История, наведшая его на гениальную мысль в тридцать девять лет, была крайне проста – мучительно умирал от рака его гнивший заживо отец.
Ему было тоскливо и больно, ведь даже тысячу раз использовав отца в качестве смягчительной подушки на дороге жизни (как использовал всех, кто подворачивался), он был сыном, и был человеком, а значит, хранителем каких-то, пусть атавистических, чувств. Он плакал вместо отца (который по физиологическим причинам не мог), он был с ним все это время, не отнекиваясь, не увиливая – и ненавидел Жизнь более чем когда-либо.
В этом совместном умирании ему был показан самый большой, самый насмешливый и отвратительный урок – что не делай, как ни дергайся – ты умрешь.
В Бога и всякое духовное он не верил, потому что не верил вообще ни во что, даже в самого себя, а потому был обречен понимать, что скоро, уже скоро, мышцы его станут дряблыми, глаза угаснут, уши атрофируются, и он подохнет со слипшимися веками, под истерический хохот суки-Судьбы – так и не выполнив своего Предназначения. Не спасши человечество от Судьбы.
Он понимал это и хороня отца, и теряя угасающую в молчании мать, и отворачиваясь к стенке от молодой жены, и глядя по головкам несмышленых, совсем ничего не понимающих и не чувствующих детей…
Все эти годы, с тридцать девятого по сорок пятый, он думал, как победить Ее. Как сделать семьдесят третий шаг.

И мысль, гениальная и простая, все же пришла к нему как-то усталым вечером, после разбора инвестиционных тенденций, после отстранения нескольких генеральных директоров от дел, после отзвона секретарю по безопасности с предложением пары слов в завтрашней речи – пары слов, от которой вверенные ему акции снова пойдут вверх.
Если нет такой возможности, если человечество слабо и бездарно сейчас, значит, нужно обратиться в грядущее, нужно воскреснуть там.
Он улыбнулся и успокоился впервые за шесть лет мучения. Впервые за сорок пять лет слабости и страдания, он рассмеялся приглушенно, всем сердцем отдыхая от бесконечной череды маневров и боев, каждый день, каждый час. Сердце его пело.

Технологии клонирования, официально запрещенные, но преспокойно разрабатываемые государствами, пока не позволяли и сотой доли того, что было нужно, но в будущем они обязательно должны были развиться во что-то стоящее. В любом случае, это был единственный приемлемый вариант. Создать ракету, которая сравнит его скорость со скоростью света, и позволит промотаться за пределами Солнечной Системы лет двести-триста, в этом слепом двадцатом веке возможным не представлялось. Технологии анабиоза в любом случае возродили бы его тело того возраста, в котором он туда погрузится, а при всех его возможностях на изготовление уйдет минимум 10-15 лет. Оставался лишь один путь, теперь найденный. Убедить людей будущего воскресить его. Заставить их поверить, что нужен и важен, архиважен именно он.
Ну и, конечно, оставить довольно сохранного генетического материала – того материала, который будет сорокапятилетним, который даст ему возможность оказаться в мире, где средняя продолжительность жизни составит лет двести, и где его тело, восприняв все омоложения, проживет свои хотя бы сто лет, не старея. За это время он придумает, как возродиться еще и еще.
В течение двух месяцев, с помощью работающих в разных концах света писателей и аналитиков, идея была воссоздана до мелочи. С учетом всех ловушек, которые он провидел на ближайшие 30-40 лет.
Будучи до сих пор великим администратором, удостоенным всех мыслимых похвал, занимая множество негласных постов, он обладал возможностями, о которых средний человек не мог и мечтать. С деньгами, которых было в принципе предостаточно, проект казался не фантастически ни на минуту. В реальности, это было первое и единственное, во что он в жизни поверил.
И, разумеется, это должно было удаться, так как по большому счету, ему всегда удавалось то, чего он хотел.

На протяжении года кропотливой работы наемных специалистов в разных сферах, преимущественно ничего друг о друге не знавших, им было сделано около четырехсот выгодных инвестиционных вложений. Он инвестировал в лучший товар, которым мог распоряжаться, которым привык управляться с детства – в людей. Ученые и философы, политики и люди искусства, в основном – гениальные творцы всех направлений и жанров – все выдающиеся люди разного возраста, разного рождения (исключая представителей не европеоидных рас) стали его коллекцией, бережно рассортированной по лоткам. Он инсценировал и подогнал четыреста случаев, результатом каждого из которых стали образцы крови, тканей, выдранные из тела его избранников. Кто-то просто падал и обдирал руку, вытирая кровь платком, который впоследствии шутливо продавался с аукциона, кто-то дарил свой заспиртованный ноготь другой известной личности под вспышками фотокамер, кто-то связывал прядь волос в кисть и дарил ее музею, кто-то сдавал кровь или сперму в соответствующий банк, кто-то просто болел и подвергался операции, кто-то (один из первых примеров, в качестве пробы) просто кончал на платье, сохраненное в шкафу и затем выставляемое напоказ на всю страну... Главным во всем этом было, разумеется, не собрать образцы крови и тканей выбранных людей (они не были ему дороги) – а оставить в истории четкий, несколько раз продублированный след: вот, пожалуйста, специально для вас – образцы клеток гениального химика, математика, врача, видного политика. Самое главное, людей творчества. Великого художника, композитора, поэта.
Он собрал все самое лучшее, что было у эпохи, и заботливо размножил память об этом собрании. Чтобы впоследствии люди будущего, добрые творцы, воскресили кого-то из них – в первую очередь наверняка какого-нибудь творческого гения (остальных у них будет предостаточно, ученых, например, всегда можно найти в другом поколении, а вот творческие гении неповторимы, индивидуальны). Разве упустят люди будущего возможность оживить Пушкина или Моцарта? Возможность услышать нового Баха?..
Да, безусловно, уж кого-то из этого списка они и выберут, рано или поздно.
Поэтому, раскидав по всему свету чужие ошметки, он методично и скоординировано (все было продумано заранее), заменил их на свои.
Теперь его платок с кровью, его платье со спермой и заспиртованный ноготь хранились в частных коллекциях, и даже прядь его волос именовалась прядью Гёте. Ведь он дошел и до того, что сочинил и инсценировал нахождение сохранившихся элементов тканей у людей, почивших давным-давно – великих поэтов, композиторов и художников старого мира. Это были вершины его административного творчества, его менеджмент-мастерства.
В конечном итоге, в семьдесят два, он заменил собой три тысячи четыреста сорок девять выдающихся, талантливых, великих и гениальных людей. В последние годы он отбирал малоизвестных, непризнанных гениев, работая скорее по привычке, для уверенности – и все уже делал сам, без помощников, несмотря на свою дряхлость. И даже в день смерти он работал в своем загородном доме в полном одиночестве над таким же безвестным, ни с кем не общавшимся человеком, который должен был стать три тысячи четыреста пятидесятым.
Но посередине чтения дневника спившегося объекта, он и сам умер, умер в мучениях от бессильной слабости, умоляя и стеная дать ему пожить еще немного – ведь в глубине души он не верил и в свой план. Он умер от пьяного подростка с ножом, забавляющегося с его морщинистыми руками – но на самом деле умер от слабых сосудов и низкого давления, обмелев в котором, сердце его остановилось. Умер от старости, съевшей его тело и выплюнувшей голую душу. Так как душа его в Бога не верила, все это время, все столетие она спала. А может, и не было никакого Бога, не было никакой души – даже скорее всего не было – иначе как Он мог разрешить клонирование, восстание против законов, которыми создал этот мир?..
Просто тот полинялый старик исчез, песок его высыпался, а теперь, здесь и сейчас, воссозданный из его клеток, восстал, как Феникс из пепла, этот новый, совершенно другой он.

Вот только… Он совершенно не помнил, кто такой был этот Дьеган, подаривший ему новую жизнь. И чем этот Дьеган прославился при жизни. То есть, сейчас оживленный не знал – ради каких талантов он был оживлен.

1.

В палате было, как в комнате императора. Все, что можно себе представить – прямо здесь и на кнопках панели срочного вызова. Джинны караулят в прямом эфире, выжидают щелчка пальцем, чтобы поднести любое сокровище наперегонки.
Он, разумеется, понял, что такая забота и важность не случайна, и что его воскресили не в общем конвейере, не просто так. Собственно, весь расчет его строился на этом. Дьеган, имя странное, а значит, скорее всего, и не имя даже, а псевдоним. Значит, как и предсказывалось, артистическая среда. Ради чего они и телевизионщицу эту молоденькую пригласили. Реклама и шоу, он отлично знал, как такие дела делаются. Получив доступ к клонированию, в качестве рекламного супер проекта, чтобы потом на этом бешено зарабатывать, и чтобы настроить общественное мнение “за”, они оживили кого-то известного, скорее всего, шоумена или художника, или музыканта. Может быть, философа или писателя, хотя чего толку гадать.
Ведь помимо этого основного незнания, был еще один весьма важный вопрос.
Он не был сорокапятилетним. Ему от силы было двадцать семь-двадцать восемь лет.

Двери разъехались, в комнату вошли двое людей – строгая женщина, одетая очень даже прилично, не как в фантастических сериалах, в обычный деловой костюм, и мужчина в более неформальной одежде, в свитере из переливающихся нитей, на вид стальных, но, судя по всему, мягких.
– Добрый день, мистер Дьеган, – сказала она, уже увлекая его по изогнутому коридору с затемненными окнами, – как вам вчера уже сказали, времени у нас совсем мало.
Ну разумеется, подумал он, реклама стоит дорого, с шоу тянуть нельзя.
– Сейчас мы проследуем на командный пункт, там состоится презентация, вы всех увидите, вас все увидят. После этого будет немного свободного времени, вам ответят на основные вопросы
– Меня зовут мистер Крайслер, – представился мужчина в стальном свитере. – Я президент мирового сообщества.
– Очень приятно, – он не сильно удивился, потому что при жизни неоднократно имел различные дела с разными президентами.
– Ответьте мне только на один вопрос: почему я так молод?
– А, это просто, – ответила женщина, – мы боялись оживлять семидесятидвухлетнего. У вас от всей этой ситуации могло снова отказать сердце, и ради чего все? Основное время ушло не на само клонирование, а на обеспечение роста юного организма… стремительного роста – вы выросли всего за полтора года!.. Мы бросили все технологии на это, все до единой – и мы победили! – лицо ее сияло, совсем как у той девчонки из операционной. Они и вправду всем миром радовались, похоже, что вытащили из небытия именно прирожденного манипулятора. Сколько же средств на эту затею ушло? – “все технологии, все”…
Он шел по коридору и улыбался. Ему было плевать, что они скажут, когда узнают, что я не шоумен и не музыкант. “О, какая грандиозная историческая ошибка!..”
Поворот, распахнутые двери, яркий свет – рукоплещущая зала взорвалась аплодисментами, вспышками и стрекотанием летающих аппаратов, снимающих со всех сторон.
– Я хочу от всей души приветствовать вас возрожденным, мистер Дьеган! – крикнул Крайслер, становясь рядом с ним на возвышение. – И вручить вам ваш незаконченный дневник, вместе с выпуском газеты столетней давности – оригиналом, а не реставрантом!
Он уставился на эту тетрадку, внезапно вспоминая, как держал ее в семидесятидвухлетних руках перед самой смертью, и увидел засохшие темные пятна – крови, впитавшейся в страницы от первого удара ножом. Три из пятен были вполовину бледнее, чем остальные, и он, всегда соображавший быстро, вдруг понял, что из этих трех пятен и восстановили его плоть и душу, вытащили его угасшую тень на Божий свет.
Взгляд его переместился на газетный заголовок – так и есть, “Напившийся подросток жестоко убивает жившего в одиночестве старика. По дневнику восстановлено имя погибшего – Саймон Дьеган, малоизвестный ученый-физик, специализировавшийся на теории построения Вселенной. Сумасшедшие идеи, описанные в его окровавленном дневнике…”
Боже мой, подумал он, вот это штука – я всю жизнь вкладывал свои гены в сотню различных контейнеров-имен, а сработал самый никчемный, самый последний. Вот почему я помню все до самого конца, до самой смерти – потому что восстановили меня из клеток умиравшего…
Но чем же, чем же был велик это Дьеган, почему оживили именно его – заметались клетки памяти, вынырнули из тумана крошечные, невидимые частицы воспоминаний. Физика поля. Кварки, осколки системных флуктуаций, какие-то самозарождающиеся и самоугасающие кварковые поля, притягиваемые звездами, блуждающие по галактикам. Процессы и явления, модель Вселенной, возможность моделировать пространство, управлять потоком, если… На этом дневник обрывался.
Они что, желают, чтобы он сотворил им какой-нибудь гипердвигатель? Вот это ход, вот это финт Судьбы – ну ты и веселишься сейчас, проклятая, и я вместе с тобой!.. Вместо гения вытащили на свет бездарность, потратили уйму денег на то, чтобы оживить того, кто заставил их сделать это. Того, кто сумел манипулировать всем миром сквозь сотню лет!
– Ну что же, – сказал он прямо в микрофон, махая восторженной публике, решив брать быка за рога, – я безусловно рад своему воскрешению. Но что конкретно в первую очередь вы от меня сейчас ожидаете?
– Как что, – мистер Крайслер даже опешил, – ваши предсказания сбылись, профессор. Кварковое поле сформировалось и приближается к околоземной орбите. Так как Юпитер и Марс уже уничтожены, у нас есть основания полагать, что через полгода Земле придет…
Великий манипулятор перестал слышать кричащие голоса и видеть щелкающие вспышки фотокамер.
Что-то в голове его перевернулось.
Жизнь не могла так обойти его, она была слишком изощренна для такого простого и нелепого финта. Это было невозможно.
– То есть вы, – спросил он очень негромко и отчетливо, очень быстро и очень точно соображая, во мгновения ока сложив весь этот пазл, – клонировали меня специально для того, чтобы спасти мир от надвигающейся катастрофы, и я ваша единственная надежда, потому что из всех возможных путей спасения вы выбрали именно этот, посчитав его оптимальным, и ради его выполнения за последние шесть лет подняли клонирование из среднеразвитой отрасли в высочайшую?..
– Да, да, – ответил Крайслер торопливо и в месте с тем пафосно, не забывая о микрофоне и о всемирной трансляции спасительного явления Нового Лазаря. – Вы ведь единственный в мире специалист по кварковой аннигиляции, единственный, кто в нее вообще верил за всю нашу историю! Вы были единственным человеком, у которого хватило ума понять систему построения Вселенной еще сто лет назад, когда все были просто слепы. Мы все силы бросили на этот проект, все ресурсы планеты, потому что прочитав ваши работы, все аналитики единогласно сказали, что вы на самом деле знали решение, просто не успели его записать. Разумеется, если кто-то и сможет придумать, как быть с Полем, за оставшиеся полгода, так это только вы знаете, что!..
Тут в лице его что-то неуловимо изменилось.
– А что, – спросил он, закрывая рукой микрофон, и стремительно бледнея, – вы не знаете?

Ловушка щелкнула и захлопнулась, поймав мир.
Жизнь наконец-то добилась своего, и даже не смеялась, просто молча стоя рядом и глядя на полгода вперед.

“Ювелирная работа, сука!” – успел подумать Дьеган, прежде чем у него носом пошла кровь.

11.04.2003 г.

"литературно-художественное произведение" (С)

Mon, 14 Sep 2009 18:26:46 GMT

прочитал "Марусю", ох.
pic related, это я читаю мантру после прочтения сабжа :)

смысл жизни

Wed, 09 Sep 2009 13:27:36 GMT

еще не встречал, чтобы жизнь во всех ее проявлениях была настолько полно выражена в одном лице.

(C) Yuri Bonder

советские комиксы

Mon, 07 Sep 2009 08:55:09 GMT

прекрасное

эффект лояльности

Fri, 28 Aug 2009 10:48:52 GMT

душевный баннер с Бендером — так и чешутся руки бегом запостить в блог.

бесплатная реклама, а мораль проста: делайте вирусные баннеры.
правда, отчислений Грёнингу владельцы Seopult я думаю, не платили :)

эскапизм как он есть

Tue, 25 Aug 2009 19:44:15 GMT

это когда тебе так мило становится описывать мир для ролевой игры, что ты читаешь краткое описание одного из государств и не можешь остановить мысли, которые тянутся дальше по его дорогам и тропкам, и хотят дотянуться до каждой деревни, до каждого жителя и до каждого гоблина, спящего под кустом.

дла кампейна, который вожу с мая, около 2 месяцев описывал небольшой регион, так там 25 страниц 10 шрифтом, это без квестов, просто описание.
и все равно кажется: столько еще не известно, не определено, и небось дофига интересного.
хотя думаю что там уже сильно больше, чеи когда-либо узнают игроки.

про фанацию

Tue, 25 Aug 2009 17:32:04 GMT

в свое время дико популярным стало НЛП (Нейро-лингвистическое программирование), которым "знающие люди" эффективно давали установки, как дипломированные Кашпировские и всех вокруг заряжали на манер Чумака — благодаря чему НЛП стало восприниматься многими соответствующе, хотя все это было не оно.
меня такая херота коробила как железом по стеклу, т.к. я пока учился в СГУ на психолога, имел некоторое касательство к теории и практикуму НЛП, потому что мой старший брат Андрей этим направлением интересуется много лет.

недавно зашел разговор, и люди, в целом осуждающие психологию, как обычно осуждают различную херомантию, привели довод, что при вопросе "а в чем суть НЛП?" никто толком объяснить не может, а сразу с выпученными глазами атакуют терминами ("подстройка", "точка сборки" и прочая белиберда).

ну во-первых, надо говорить с людьми с академическим образованием, а не с профанирующими попсовиками, которых естественно большинство.
но во-вторых, я действительно понял, что те формулировки и определения, которые читал, весьма расплывчатые и неконкретные. на пальцах не объяснишь, надо вникать.

так что зазвал Андрея и пропытав его минут сорок, сформулировал с его слов нормальное (потому что короткое) определение.

a_karelin:

Есть комплексная особенность человеческой психики, подмеченная Ричардом Бендлером (одним из двух первых авторов НЛП), которая заключается в том, что психика кодирует всю поступающую информацию, внешние стимулы и жизненные переживания, т.е. субъективный опыт на протяжении всей жизни. Психика раскладывает весь субъективный опыт по полочкам, по стеллажам. Соизмеряет одно с другим, и постоянно обращается к опыту в любой жизненной ситуации. Большая часть этих процессов происходит неосознанно.

НЛП изучает структуру субъективного опыта каждого конкретного человека (и общие закономерности для всех людей). То есть в первую очередь форму, а не содержание. И работает с этим материалом на практике, а различных практических технологий много.

По сути, НЛП это способ мышления, который позволяет организовать различные элементы нашего осознания собственной психики (опыт, информацию, ощущения, воспоминания, стимулы и т.д.) — прагматичным и утилитарным образом, каким организована большая часть житейского, повседневного опыта.
Бендлер был программистом, и он перенес сам подход аналитического программирования на такой сложно организованный и сложно поддающийся изучению предмет, как человеческая психика.

И это дает свои плюсы: например, то, что испокон веку воспринималось "мистическим" и "неподконтрольным сознанию", при изучении с позиций НЛП-подхода становится более подконтрольным сознательным процессам.
Показательным (хоть и побочным) результатом НЛП-технологий является достаточно внятная "расшифровка" некоторых процессов, которые всегда считались сверхъестественными: интуиция, предвидение, судьба.

Конкретных практических преимуществ и пользы у НЛП-технологий довольно много, это предмет отдельного разговора.

18 декабря, декабря 18... 18... декабря...

Thu, 20 Aug 2009 21:07:05 GMT

тизер-трейлер "Аватара" по мне, так очень классный.
синепланетяне интересные, вспоминается "Враг мой": какой урод он "был" вначале, какой милый "стал" под конец. а тут они с самого начала кросавчеги, что будет когда мы присмотримся, я боюсь представить, особенно учитывая мою растущую мизантропию к роду человеческому (спасибо району №9 за совпадение во вкусах, да).
музыкальный фон the best — как утомили эти однообразные хриплоголосые пафосные речи за кадром, какое счастье, что здесь их нет.

на'ви: гибрид покахонтас и найт эльфа из WOW это уже само по себе чудесно. а то, что в фильме (пусть и в роли человека) участвует любовь всей нашей (и Кэмерона) жизни, Сигурни наша Уинивер, лично для меня делает синих ацтеков почти что родственниками. нихрена не логично с моей стороны, причем тут Уинивер и на'ви — нууу... она же играет роль инструктора по флоре и фауне Пандоры!! связь есть!!
так что гуманистический месседж фильма мной всецело принят заранее авансом :)

Перепостил:

Thu, 20 Aug 2009 10:40:29 GMT

Вот что, дружок: пока ты сидишь в тепле и уюте, в лесу у деревни, названия которой, ты, поди, и не знаешь, случилась беда с пастушком. На него напали волки.
И единственное, что ты можешь сделать, так это крикнуть "Волки! Волки!". Нет-нет, кричать, конечно, не надо - ты просто перепость в своём уютном дневничке "Волки!" - и ты уже будешь с нами, ты заодно с нормальными людьми.
Что, ты говоришь, что не понимаешь, что произошло и тебе важно разобраться? Это всё глупости. Перепости и всё. Делов то! Зато ты поучаствовал, ведь иначе пастушок погибнет. Ну да, он может погибнуть, но ведь мы уже знаем, кто виноват. Ну что тебе, дружок, до деталей? Ты и на карте эту деревню не найдёшь, да и искать не будешь. Ты что, зоотехник? Ты специалист по хищникам? Спасатель?
Надо тебе это? Ты говоришь, для общего развития, чтобы отвечать за свои слова? Брось, ничего узнавать не надо, ты просто перепости. Ведь разбираться - это труд, часто тяжёлый и бесплатный. Мало ли ты уже постил донорских объявлений, среди которых случались и просьбы с фальшивыми телефонами. Что, ты их проверял? Да много ли каких ты постов перепостил.

Ты кричи "Волки!" - и дело с концом. Дело ведь беспроигрышное - ты ни за что не отвечаешь. Ни одной копейкой - и я уверяю, это гораздо практичнее, чем собирать деньги матери пастушка. И уж куда практичнее, чем уныло судится с директором нашего далёкого колхоза. Перепости столько раз, сколько ты желаешь добра пастушку. Просто перепости, ведь если с пастушком всё будет плохо, то ты скажешь, что боролся. Если с пастушком будет чуть лучше - так это только благодаря твоему посту.
Вот смотри, тебе даже не надо ничего добавлять от себя. Просто открой рот и кричи. Кричи с нами, кричи лучше нас. Почувствуй, как весёлый и ужасный (а настоящий ужас всегда радует нас, обывателей) крик наполняет твоё горло: "Волки! Волки! Волки!".

(C) berezin

Произведу небольшую работу мозга и пальцев, и добавлю от себя: хорошо написано. Потому и не поддерживаю различные "перепостите у себя", "выведем в топ".

upd: ну и вот, логическое и прекрасное http://zhgun.livejournal.com/354665.html
как всегда у Жгуна, великолепно.

Прачетт не плачет

Mon, 10 Aug 2009 11:51:17 GMT

мужик.

ну вот прогрессивная Европа. и тут государственность, которая пытается навязать людям культуру и выбор, держась поводка морали (т.е. фобий и комплексов большинства).
потому что церковь говорит "самоубийство грех". типа Господь наметил рабу своему Терри промучиться вот столько и ни днем меньше. а когда умирающий человек хочет выбрать, пока он еще способен выбирать, когда и каким образом он уйдет — это же читинг, он не хочит промучиться столько, сколько ему положил Бог! ну давайте же не позволим ему читерить, а то вдруг мы обидим Всевышнего?

ревнители, Господь смотрит на вас и плачет. вместо Прачетта.

зомби inc.

Fri, 07 Aug 2009 13:20:00 GMT

по-моему клевая интерпретация дауншифтинга :)

давно не брал я в руки шашек :)

Fri, 24 Jul 2009 19:54:42 GMT

что делает удовлетворенная (жизнью и мной) женщина? конечно же, ищет поводов поворошить душеньку.
У Ани все хорошо: чудесный, можно сказать идеальный муж, прекрасный ребенок, хорошее самочувствие, приятная (и хорошо убранная) квартира, деньги в шкафчике, мягкий трикотаж incanto — я даже блин не знаю, к чему она может придраться в данный момент. Аня тоже не знает, поэтому садится за компьютер и от безделья начинает читать мои старые посты. а надо сказать, раньше я жег на порядок круче, чем сейчас; и вот она читает и смеется, но тут доходит до 2003 года, и начинает читать посты про Ульяну.

— Ах ты!! — через минуту уже кричит Аня. — Какое ты право имел?!!.. Да я тебя сейчас!... Что? "Люблю Ульяну"??? Глууууупка! Как ты смел писать такое?!..
Я на нее смотрю с улыбкой и открываю семаджик. Аня отворачивается и не может решить, что выбрать: кусать губы или надувать губки.
— Киса, любишь меня? — спрашиваю через некоторое время, во время написания предыдущей строки.
— Смотря чего ты там написал!! — рявкает киса.

Вот даже и не знаю теперь, любит ли? :)

Bakemonogatari ~ Монстросказки

Sun, 19 Jul 2009 20:06:48 GMT

посмотрел первые два эпизода.
в полном восторге.

ну в конце второго, когда пошла разжеванная драматическая линия, имхо стало слабее, чем свободный поток сознания, который был до того. но все равно, по первому впечатлению кажется — сериал того уровня, за который лично мне сразу хорошо, что он есть.

:)

у каждого произведения, среди прочих показателей, есть свой уровень "особия".
то есть какой-нибудь "у холмов есть щеки" особенный всего процента на 2, т.к. он кропотливо выстроен как массовый и вторичный.
"трансформеры-2" по субъективным ощущениям где-то около 40% (причем из них 25% весит одна главная ценность фильма: идея о ретро-трансформерах и фраза про первого на Земле трансформера-колесо; классный дизайн и спецэффекты занимают 12%, а оставшиеся 3 приходится на пару неплохих шуток).
ну а у ярко выраженных "Донни дарко", "Догвилль", "Даун-хаус" и других вещь-в-себе-фильмов — где-то в области 80+ *

если человек в курсе контекста, сечет фишку, рубит тему, чует систему — то воспринимает все как надо; прочие не видят авторской мысли или видят ее усеченно/искаженно, и недоуменно говорят: "что за херня-то??" и "а для чего это вообще снималось?"

аниме в целом имеет повышенный уровень особия, т.к. это культура-в-себе (особенно для нас, не-японцев).
потому проникнуть в суть и уловить тонкости, а затем почувствовать себя "в своей шкуре" не всем хочется — многим просто ломы.
например, Furi-Kuri люди часто начинают смотреть по три раза, но так и не могут пробиться до оргазмического наслаждения, которое дарит этот коротенький сериал. кстати, я сам тоже пробился с третьего захода. а сейчас вот даже верные фаны в истерике по поводу того, что вытворяют авторы с сериалом "Меланхолия Харуки Судзумии".

Bakemonogatari тоже один из примеров, от которых чистое ощущение особия.
оно такое как есть, и один зритель рыдает от счастья, что оно такое, какое оно есть; а другой зритель не воспримет, если не будет в этом контексте изначально; или если не захочет пробиться туда, продравшись сквозь слои непонимания.

мне ужасно нравится такая культура и такое искусство. когда ты хочешь вникнуть в особие каждого авторского произведения на свете.
это все равно что расчесывать волосы девушке и складывать их в узоры, а потом расплетать — а они при этом сами и складываются и расплетаются. в общем, полная гармония тебя как зрителя, и волос как кинопленки, и бытия, в котором цель совпала с процессом.
потому что именно авторское, особое — это и есть самое ценное в искусстве, т.к. именно оно постепенно становится общим и массовым и двигает культуру вперед (и вширь, и вверх, и куда вам еще угодно).

*ну понятно, что хороший фильм может быть с низким особием, это не прямая кореляция. и разумеется мега-особенный фильм не автоматически = крутой. это просто один из показателей.

-
дизайн и манера отрисовки великолепные.
хотя этого почти не видно по скриншотам, надо смотреть в движении.

рекомендую всем, особенно Злову и Дикси.

-
кстати я и сам давно думал, что степлер — могучий символ и метафора. а люди вот не просто подумали, а применили (и надеюсь дальше блестяще применят).

др. Фотон

Mon, 13 Jul 2009 10:01:58 GMT

здравствуйте, сегодня с вами ~~больной Антон~~ доктор Фотон.
долго копил и складировал — а теперь антикризисная распродажа.

Галерея I: Доча

Это доча.

Воспринимайте меня всерьез.

Мама, что с Гамлетом? Что с Гамлетом?!

Стандартная фотка с мамой.

Стандартная фотка с папой.

Индиана Джонс как бы говорит нам: ПФФФ!

Мыыыыло!

Работать нельзя играть.

Вам кого?

информация и будущее

Tue, 07 Jul 2009 22:23:50 GMT

Дикси написал статью про пиратство и магнатство. Все проще некуда, и это на пользу статье: она как музыка — спокойно и свободно льется в уши.
Потому что правду говорить (и читать) легко и приятно.
Enjoy.

harry potter and the half-blood prince

Sun, 21 Jun 2009 17:35:59 GMT

очень нравится постер

по-моему здесь все сказано

UP!

Thu, 28 May 2009 20:36:19 GMT

Pixar как всегда: полнеба радости, полнеба смеха, земной шар человечности.
Все очень нехитро... даже совершенно бесхиростно... блин, да прямо маниакально просто — а как хорошо.

Для меня Пиксар, кажется, вот-вот войдет в одну шеренгу с людьми, благодарность к которым возникает просто когда я про них слышу или случайно думаю. Ну там, пахан Бах, чувак Набоков, тётя Роулинг, дед Миядзаки, пацаны Радиохеды, etc — и камрад Пиксар.

Спасибо товарищам из Пиксара, за чье-то счастливое детство.

:)

Sun, 24 May 2009 19:31:50 GMT

давно забытое ощущение, водить campaign

говорят, нельзя дважды войти в одну реку.
врут!

star trek

Fri, 08 May 2009 06:31:26 GMT

очень приятное кино.
с одной стороны, entertainment и все.
с другой, лучшая черта фильма — не космос, не экшен, не приключения и, наверное, даже не персонажи, а юмор.

еще приятно, что главный герой не побивал всех подряд, а сам постоянно оказывался побит. он главный не потому, что весь блестит. в отличие от:

в очередной раз надежда, что хоть где-то покажут по-настоящему крутой интересный звездный бой, не оправдалась.
все очень по-старому.

Михаэль Энде — Театр теней Офелии

Mon, 04 May 2009 17:48:06 GMT

если вдруг кто не читал

В одном маленьком старом городе жила маленькая старая фройляйн по имени
Офелия.
Когда она появилась на свет - было это, разумеется, очень давно,- ее
родители говорили:
- Наша девочка станет когда-нибудь великой актрисой!
Так они мечтали и поэтому дали ей имя знаменитой героини одной великой
пьесы.
Маленькая Офелия в наследство от родителей получила только одно: любовь
и восхищение перед Великими Словами Поэтов, а больше и ничего.
Стать знаменитой актрисой она не смогла. Слишком уж тихим был ее голос.
Но все-таки ей хотелось хоть как-нибудь послужить искусству, пусть даже
самым тихим делом.
В этом маленьком городе был старый чудесный театр.
И там, у краешка сцены, была будка, закрытая от зрителей большой и
вроде бы морской раковиной. В этой будке-раковине и сидела Офелия каждый
вечер и шепотом подсказывала слова, чтобы артисты не запинались. И тихий
голос Офелии был здесь очень кстати, ведь публика не должна была ее слышать.
Всю свою жизнь Офелия прослужила в театре и была счастлива. Постепенно
она выучила наизусть все великие комедии и трагедии мира, и ей уже не нужно
было подглядывать в книгу.
И вот фройляйн Офелия состарилась. Да и времена теперь изменились. Все
меньше зрителей приходило в городской театр, потому что появлялось кино, а
потом и другие развлечения.
У многих были теперь автомобили, и если кому так уж хотелось в театр -
можно было быстро добраться до ближайшего большого города и посмотреть на
куда более прославленных артистов,- да, в конце концов, и себя показать.
И вот настало время, когда театр в маленьком городе закрыли. Актеры
поразъехались, а старую фройляйн Офелию уволили.
Когда кончилось последнее представление и в последний раз упал занавес,
Офелия осталась в театре еще ненадолго, совсем одна.
Она сидела в своей будке-раковине и вспоминала о прошедшей жизни.
Вдруг она увидела тень.
Тень бродила по кулисам, то увеличиваясь, то уменьшаясь.
А вокруг-то никого не было, кто мог бы ту тень отбросить.
- Эй! - тихонько позвала Офелия, - Кто там?
Тень испугалась и съежилась.
- Простите, - сказала тень, - я не знала, что здесь кто-то есть. Я не
хотела вас пугать. Я тут прячусь, потому что не знаю, куда мне деться. Очень
прошу, не прогоняйте меня.
- Ты - тень? - спросила Офелия.
Тень кивнула.
- Но ведь тени всегда кому-то принадлежат.
- Не все, - сказала тень. - Есть на свете и лишние тени. Они никому не
принадлежат, никому не нужны. Я как раз такая. Меня зовут Тень-Проказница.
- Вот оно что... Да, это очень печально - никому не принадлежать.
- Очень, - согласилась тень и вздохнула. - Да ведь что поделаешь?
- А ты иди ко мне, - сказала Офелия. - У меня тоже никого нет.
- С удовольствием. Но тогда мне надо быть все время с вами! А у вас
есть собственная тень.
- Да вы друг с другом поладите, - сказала старая фройляйн, и тут ее
собственная тень неожиданно кивнула.
Так у фройляйн Офелии появились две тени. Это не все замечали, а кто
замечал - весьма удивлялся. Офелии, конечно, не хотелось, чтоб о ней слишком
много говорили. Поэтому она просила одну из своих теней на день уменьшаться
и прятаться в ее сумочку. Для тени места там было достаточно.
Однажды старушка Офелия сидела в церкви и тихонько разговаривала с
Богом. Она надеялась, что Бог услышит ее тихий голос. Но так уж точно - она
не знала.
Вдруг на белой стене она увидела новую тень, очень исхудалую. Тень ни
на что не была похожа, но почему-то жалобно протягивала руки.
- Ты что, тоже ничья? - спросила Офелия.
- Ничья,- вздохнула тень. - Но ходят слухи, что кто-то берет нас к
себе. Не ты ли?
- У меня уже есть две тени.
- Прими и меня. Это ведь так печально - быть одинокой.
- Как же тебя зовут?
- Смутный страх.
- Ну что ж. Иди и ты ко мне, - сказала Офелия. - В сумочку.
Теперь у нее стало три тени.
С этих пор чуть не каждый день к ней приходили все новые и новые ничьи
тени. Оказалось, что их не так уж и мало на белом свете.
Четвертую тень звали - Одинокая.
Пятую - Большая Ночь.
Шестую - Никогда.
Седьмую тень звали - Тяжесть пустоты.
Теней становилось все больше и больше.
Маленькая фройляйн Офелия была бедная, но теням, к счастью, не нужно ни
еды, ни одежды, чтоб согреться. Только вот комнатушка Офелии порою
становилась очень уж темной и тесной, в ней ютилось слишком много теней. А
ведь приходили все новые.
Хуже всего было, когда тени ссорились.
Они спорили за лучшее место, а иногда просто-напросто даже дрались.
Порой дело доходило до настоящих сражений.
В такие ночи маленькая старая фройляйн Офелия не могла заснуть. Она
лежала в постели с открытыми глазами и тихим голосом старалась успокоить
своих друзей. Но это не очень-то помргало.
Офелия не любила ссор, кроме тех ссор и битв, которые на Великом Языке
Поэтов звучали со сцены. И вот однажды ей пришла в голову интересная мысль.
- Послушайте,-сказала она теням. - Послушайте! Если вы хотите жить со
мной, вам придется кое-чему научиться.
Тени перестали ссориться и затаились. Они смотрели на старушку изо всех
углов маленькой -гомнатки.
И тут Офелия стала говорить. Она произносила Великие Слова Поэтов,
которые знала наизусть.
Медленно и строго читала она и требовала, чтоб тени повторяли за ней.
Тени старались изо всех сил и были довольно понятливы.
И постепенно со слов Офелии тени выучили все великие комедии и трагедии
мира.
Теперь у них пошла совсем другая жизнь.
Тени научились принимать любой облик: карлика и великана, человека или
птицы, дерева или коня.
По ночам они часто разыгрывали перед Офелией удивительные
представления. А она шепотом подсказывала им слова, чтобы они не запинались.
Днем же все тени, кроме, конечно, собственной, прятались в сумочку. Да,
они умели, если хотели, невероятно уменьшаться.
Соседи никак не могли их увидеть, но замечали, что происходит что-то
необычное. А люди этого не любят.
- Эта старая фройляйн какая-то странная, - говорили за спиной Офелии. -
Надо бы отдать ее в приют для стариков. Там о ней позаботятся.
- Похоже, она сумасшедшая, - говорили другие. - Мало ли что она может
натворить!
Однажды к старушке пришел хозяин дома, в котором у нее была комнатенка,
и сказал:
- Мне очень жаль, но теперь вам придется за комнату платить вдвойне.
Этого Офелия не могла.
- Ну, тогда, - сказал хозяин, - вам лучше съехать. Впрочем, мне очень
жаль.
И вот Офелия сложила в чемодан все, что у нее было - совсем немного, -
и ушла. Она купила билет, села на поезд и поехала по белу свету, сама не
зная куда.
И заехала она очень далеко. Сошла с поезда и пошла пешком - куда глаза
глядят. В одной руке она несла чемодан, в другой сумочку, где таились тени.
Это была длинная-длинная улица.
Наконец старушка пришла к морю. Дальше идти было некуда. Она присела на
берегу немножко отдохнуть и уснула.
Из сумочки вышли тени, окружили ее и стали думать, что же делать
дальше.
- Собственно говоря, - зашептались тени, -это из-за нас госпожа Офелия
попала в такое положение. Надо придумать, как ей помочь.
И они долго думали, а когда старушка проснулась, рассказали ей свою
затею.
- Ах, вот как! - засмеялась Офелия. - Это вы неплохо придумали.
И вот Офелия пришла в одну деревушку.
На краю деревни она увидела перекладину, на которой выбивают половики.
Достала из чемодана простыню и повесила ее на эту перекладину.
Тени вышли из сумочки и стали разыгрывать на простыне спектакли,
которые давно выучили.
Офелия сидела сзади и подсказывала артистам Великие Слова Поэтов, чтобы
они не запинались.
Сбежались ребятишки.
Потом подошли и взрослые. И каждый заплатил какую-то мелочь за
необычное представление.
С тех пор стала фройляйн Офелия ходить из деревни в деревню, из одного
края в другой, а тени ее превращались в королей и шутов, в благородных дам и
огненных жеребцов, в волшебников и в цветы.
Подходили люди, смотрели - смеялись и плакали.
Скоро Офелия стала знаменитой, и куда бы она ни приходила, везде ее
ждали - такого театра еще никто не видел!
Зрители хлопали в ладоши, и каждый что-то платил. Кто побольше, кто
поменьше.
Через некоторое время Офелия даже накопила денег и купила маленький
старый автомобиль.
Художник разукрасил его и по бокам написал крупными буквами:

ТЕАТР ТЕНЕЙ ОФЕЛИИ

И покатил театр Офелии по белу свету.
На этом наша история могла бы и кончиться, но еще не кончилась.
Однажды фройляйн Офелия попала со своим автомобилем в снежную бурю и не
смогла ехать дальше.
Вдруг перед нею возникла Огромная Тень. Она была намного темнее всех
других теней.
- Ты тоже из тех, - спросила Офелия, - тоже из тех... кого никто не
хочет?
- Это, пожалуй, верно сказано, - медленно проговорила Тень.
- И тоже просишься ко мне?
- А ты бы меня взяла? - усмехнулась Огромная Тень, подходя поближе.
- Теней у меня больше чем достаточно, -- сказала старушка, - но ведь и
тебя жалко.
- Может быть, ты сначала узнаешь мое имя?
- А как тебя зовут?
- Люди называют... Смерть.
Стало очень тихо. И ветер снежный стих.
- Все равно хочешь взять меня? - мягко спросила наконец Тень.
- Да, - ответила маленькая старая 'фройляйн Офелия. - Иди ко мне.
И огромная холодная Тень накрыла Офелию, и свет померк.
Но потом у нее появились новые глаза - молодые и ясные. И уже не
близорукие. И Офелия даже без очков могла увидеть, где находится.
Она стояла перед Воротами в Небо. А вокруг толпились чудесные фигуры в
сияющих одеждах. Они улыбались ей.
- Кто же вы такие? - спросила Офелия.
- Неужели не узнаешь? Мы - бывшие тени. Те самые, ничьи. Теперь мы
спасены и больше не будем скитаться.
Ворота в Небо распахнулись - и бывшие тени вошли в них. Они вели с
собой маленькую старую фройляйн Офелию.
Все вместе подошли они к прекрасному дворцу, и это был самый чудесный
театр, который только можно себе представить.
Над входом было написано большими золотыми буквами:

ТЕАТР СВЕТА ОФЕЛИИ

С тех пор в этом театре разыгрывают они перед ангелами судьбы людские,
и звучат в нем Великие Слова Поэтов. Слова эти понятны и ангелам. А
рассказывают Поэты о том, как печально и смешно, убого и величественно быть
человеком и жить на земле.
Фройляйн Офелия шепотом подсказывает своим актерам слова. Чтобы они не
запинались.
Говорят, что иногда сам Господь Бог приходит их послушать. Но в
точности этого никто не знает.

Пересказали с немецкого
Наталия Дегтярь и Юрий Коваль

в принципе за одну эту сказку, я считаю, Энде может быть чьим-нибудь любимым детским писателем

сны, игры и явь

Wed, 08 Apr 2009 09:30:16 GMT

1. снился позавчера сон отпадный. полная деконструкция меня как личности.
я жажду поесть, и тороплюсь, чтобы успеть до закрытия, поднимаясь по этажам торгового центра и везде выискивая еду.
коридоры обманчиво виляют, прады прикрываются саважами, ионы связных перекрывают доступ к евросети, а за ней маячит эльдорадо, в котором ничего съестного нет и не предвидится (дарю владельцам бесплатный маркетинговый совет).

я вытаскиваю из карманов пухлые пачки денег и, сжав их в руках, потрясая ими, вламываюсь в фуд-корт, в надежде хотя бы чего-нибудь съесть.
в первом заведении все столы заняты, второе не обслуживает, т.к. сломалась касса, третье закрывается, четвертое опечатано полицией, пятое закрывается, шестое закрыто, седьмое набито толпами пьяных болельщиков, которые смотрят сериал и кричат: "давай, хулио, давай же!!"...
я лихорадочно ощущаю всем животом, как убегают драгоценные минуты; ощущение полного провала и недостижимости цели.
локоть убегает от укуса; еда убегает от меня; антонино горе во всем размахе, во всей трагической ~~глубине~~ ширине.

я пытаюсь броситься на еду, схватить ее, и умчаться вниз по лестнице, но все прекрасно знают меня, и грудью встают на защиту еды; уборщица пихает меня шваброй в спину, мол, катись отсюда, террорист. я пытаюсь купить ее содействие, но уборщица принимает только доллары.
я выбегаю на улицу, с ненавистью и жаждой ко всему сытому, ослабевая от обезъедивания организма, бьюсь в витрину закрытого супермаркета, как рыба об лед, но там пусто и темно...
я бегу, зажав в руках пачки денег, спешу хоть куда-нибудь успеть до закрытия, чтобы поесть, и вот впереди виднеется круглосуточное заведение — спасибо, подсознание, спасибо тебе, родное! — но сзади свистит милиция, кто-то орет, я оборачиваюсь с яростной гримасой, готовый рвать и кусать за еду...
и вижу, как с низким гулом и рокотом над городом проносятся самолеты, а затем начинают падать бомбы.

война.

блядь, война!!
разбомбили мое круглосуточное заведение нахрен.
офигев от такого поворота, я даже проснулся.

классно поимело родное подсознание, даааа. петя заценил.

2.
с рождением дочки, у меня усилилась ассоциация с людьми. как раньше в детстве и юности, до того как сильно выросла мизантропия.
давно уже хотел сказать, что все человеческое очень близко к сердцу воспринимаю.
веду вчера онлайн-игру, и там старая женщина подверглась действию разрыва, который отчаяние и горе нашептывает.
описываю в красках ее реакции, а сам держусь за грудь и к телефону тянусь, проверить, все ли в порядке с мамочкой.

сегодня смотрю серию симпсонов, там Гомер безответственно ведет себя с малышкой (оставил в песочнице и ушел), так я блин изнылся весь.
ну как же, мультяшная девочка в опасности.

доча ~~доставляет~~ лечит.
хотя мизантропия при этом не снизилась, нет.

Вот мы и выпустили игру.

Thu, 19 Mar 2009 22:30:01 GMT

Ссылки:

Скачать pdf-версию;
Посмотреть сайт О.С.А.;
Высказать мнение об игре (это можно и здесь сделать, но если развернутое, то лучше там).

Три года работы, правки, улучшения, доработки, переделки.
Не верится, что порталы в другие миры начали открываться.
Надеюсь, откроется стабильный портал в будущее коммерческих настольных РПГ в России. :)

Вам слово, друзья-товарищи.

D

Wed, 11 Mar 2009 21:44:10 GMT

две отличных серии Хауза подряд
давно такого не было

предлагаю это как-то отметить. я лично:

А: пойду присуну Кадди
В: пересмотрю еще раз трейлер стар трека
С: спать!
D: It's written

Еще есть "звонок другу", но мне немного жаль будить Санька. Хотя я бы послушал, как он яростно матерится, будит Дашу, они ругаются, мирятся с помощью бурного секса, а потом вешают трубку. Но я слишком Вилсон для этого.

В далеком будущем археологи, анализируя осколки фреймов 21 века, зашитые в толще полустертых архивных слоев, будут пытаться понять медиа-язык современного человека.
Думаю, грамотные спецы будут понимать даже лучше, чем большинство из тех, кто прочтет сейчас. Они будут видеть медиа-паттерны в их исторической перспективе, и смогут анализировать не только очевидную смысловую составляющую, но и предчувствия автора конкретного поста, использующего их в качестве понятий, то, насколько эти понятия соответствуют сути выражаемых мыслей; т.е., наитие и недалекость каждого медиандертальца. С их точки зрения, этот в буквальном смысле "образный" язык обретет глубину. Т.е. жизнь и здесь, как всегда, расставит все по местам. Серьезно, по-моему это интересная тема.

"last ist fantastish!"

Wed, 04 Mar 2009 00:20:30 GMT

крутость last.fm не только в том, что он подыскивает тебе новых исполнителей под твой вкус, и с каждой заскробленной композицией делает это все лучше и лучше.
но и в том, что он постепенно снижает предвзятость (дщерь невежества): те направления и стили, которые я считал "не в моем вкусе" и от которых нос воротил, постепенно начинаю расслушивать.

воистину, ученье свет.
для меня после поисковых систем и жж, ласт.фм однозначно самый крутой интернет-сервис.

жизнь как потоп

Fri, 27 Feb 2009 23:25:14 GMT

мега-круто, и сама метафора, и исполнение.